1 апреля в прокат выходит музыкальная комедия «Королек моей любви», снятая в Индии и вдохновленная эстетикой Болливуда. Михаил Галустян сыграл в фильме харизматичного злодея Шамара — и ради этой роли полностью вышел из привычного амплуа. В интервью актер рассказал о съемках в 45-градусную жару, работе с болливудской командой, трансформации внешности и о том, почему невозможно нравиться всем — даже если ты «ароматный шашлык с дымком».Звездный интервьюер
— Михаил, 1-го апреля в кинотеатрах состоится премьера музыкальной комедии «Королек моей любви», в которой вы сыграли опасного преступника Шамара. Расскажите, как вы готовились к съемкам картины?
— Я очень тщательно готовился к этой роли. С самого начала понял, что мне важно максимально уйти от привычного образа Михаила Галустяна, которого зритель знает как комедийного персонажа. Хотелось, чтобы на экране был именно Шамар — со своей энергией, характером и внутренним миром.
Мы долго работали над внешним образом: подбирали прическу, детали костюма, украшения. Я даже настоял на линзах разного цвета — хотел добавить герою немного «чертовщинки». Конечно, меня отговаривали, потому что съемки проходили в жаре и пыли, но я понимал, что это важная часть образа.
Параллельно была большая актерская подготовка. Я занимался с репетитором, много работал с режиссером Марюсом Вайсбергом — мы буквально искали нужные эмоции, пробовали разные состояния. Ну и, конечно, физическая часть — танцы, трюки. Мы много репетировали и в Москве, и в Индии. Это было непросто, но именно благодаря этому удалось собрать цельного персонажа, в которого зритель сможет поверить.
— Чем вам запомнились съемки?
— В первую очередь — атмосферой и масштабом. Мы снимали в Индии, в совершенно разных локациях: от современных городов до дворцов и природных мест, и это само по себе уже было большим приключением.
Очень запомнилась жара — иногда доходило до 45 градусов. После команды «стоп» мы с Демисом хотя бы могли спрятаться в тень, а вот как выдерживали остальные, до сих пор не понимаю. И, конечно, сам процесс съемок в Болливуде сильно отличается от нашего. На площадке может быть шумно даже во время дубля, а после команды «снято» люди начинают аплодировать, петь, танцевать. В какой-то момент и мы стали частью этого — втянулись в эту энергетику.
Были и забавные моменты. Например, если в кадр заходила корова, съемку просто останавливали — ее нельзя прогонять, нужно ждать, пока сама уйдет. Или чайные паузы «масала тайм», которые могли случиться в самый разгар работы. Сначала удивлялись, а потом приняли это как часть местной культуры. В итоге съемки получились не просто работой, а настоящим путешествием, которое точно запомнится надолго.
— Что в работе над этим фильмом оказалось для вас самым приятным и интересным, а что — самым сложным?
— Самое приятное — это, конечно, сам процесс: съемки в Индии, новые локации, другая культура, ощущение большого приключения. Плюс возможность попробовать себя в необычном жанре и создать совершенно новый для себя образ.
А самым сложным была, наверное, жара и физическая нагрузка. Танцы, трюки, плотный график — все это в условиях 40+ градусов давалось непросто. Но именно такие вещи потом вспоминаются с особым удовольствием.
— Пришлось ли вам на этих съемках что-то сделать впервые, чему-то научиться?
— Да, конечно. В первую очередь — погрузиться в болливудский формат с его масштабными танцами и особой пластикой. С нами работал хореограф Джей Кумар, который ставил танцы в «R.R.R.», и это был очень интенсивный, я бы сказал, опыт. Мы с Демисом репетировали много и долго — сначала в Москве, потом уже в Индии с массовкой. Хореограф требовал идеальной синхронности, мог просить делать дубль за дублем, пока все не станет идеально. Ну, и результат благодаря такому подходу тоже получился на ура.
— «Королек моей любви» снимался в Индии, и сюжет у него чем-то похож на старые индийские картины 80-х и 90-х — вы их смотрели в детстве? Какой вам больше всего запомнился?
— Конечно, я вырос на этих фильмах. Помню «Танцор диско», «Господин 420» — это все часть детства. Там были и драмы, и любовь, и невероятные трюки, и, конечно, песни и танцы. Наверное, именно поэтому мне так откликнулась идея «Королька моей любви» — в этом есть ностальгия и одновременно возможность сделать что-то свое, современное, но с тем самым духом, который мы все когда-то полюбили.
— Над какими еще проектами вы сегодня работаете? Какие в планах?
— Сейчас у меня, как всегда, несколько направлений — и актерских, и продюсерских. Есть проекты в кино и на телевидении, о которых пока не могу подробно рассказывать, но они тоже связаны с экспериментами в жанрах и форматах. В целом мне сейчас интересно пробовать новое, выходить за рамки привычного амплуа и искать истории, которые будут цеплять зрителя не только юмором, но и эмоцией.
— За последний год вы сильно изменились внешне — похудели, обросли мышцами. Что делали для этого? Снижение веса — результат диет или инъекций всем известного препарата для диабетиков?
— Спасибо, что заметили! Никакой магии и «волшебных уколов» — все довольно классически. Это дисциплина, питание и регулярные тренировки. Я пересмотрел свой образ жизни, стал внимательнее относиться к тому, что ем, добавил спорт, режим. Это не быстрый процесс, но зато результат более устойчивый. Мне кажется, здесь важно не искать легких путей, а постепенно выстраивать привычки, которые работают вдолгую.
— Многие мужчины, для которых лицо — инструмент работы, посещают косметолога, делают «уколы красоты». А вы?
— Я нормально к этому отношусь — у каждого свой подход. Но сам больше за естественные вещи. Для меня важнее высыпаться, следить за питанием, заниматься спортом — это база, которая действительно работает. Плюс в актерской профессии для меня важно сохранить живую мимику. Поэтому я за уход и здоровье, а не за радикальные вмешательства.
— Как у любого известного человека, у вас есть хейтеры. Трогают ли вас их комментарии, обижают ли? Случалось ли вам сталкиваться с хейтом не в соцсетях, а в реальной жизни?
— Конечно, если ты не ароматный шашлык с дымком, то всем нравиться не можешь. Хотя, уверен, даже у шашлыка найдутся хейтеры! Я к этому отношусь спокойно. Со временем понимаешь, что чаще всего это не про тебя, а про состояние самого человека. Иногда какие-то комментарии могут задеть, но я стараюсь не зацикливаться. Для меня гораздо важнее обратная связь от зрителей, которым откликается то, что я делаю. В жизни с откровенным хейтом сталкивался редко. Как правило, при личной встрече люди все-таки ведут себя иначе — более уважительно и доброжелательно, чем в интернете.
— А если говорить о поклонницах, было ли такое, что они вас атаковали, сталкерили? Караулили у подъезда, не давали прохода?
— Скажу честно, до таких крайностей не доходило. Все-таки в основном люди ведут себя очень уважительно и тактично, за что я им благодарен. Бывают, конечно, активные поклонницы — могут подойти, познакомиться, сделать комплимент, попросить фото. Но это всегда происходит в рамках нормального общения. Я стараюсь к этому относиться с уважением и благодарностью, потому что внимание зрителей — это часть профессии. Главное, чтобы все оставалось в границах, комфортных для всех.
— Есть мнение, что комедийные артисты в жизни за пределами камер — люди тихие и даже грустные. Так ли это в вашем случае?
— Есть в этом доля правды. Мы действительно много пропускаем через себя, наблюдаем, анализируем — без этого сложно делать хороший юмор. Но я бы не сказал, что комики какие-то грустные. Скорее, просто в жизни мы более спокойные, чем на сцене. Там ты даешь максимум энергии, а в обычной жизни хочется баланса. Я в целом человек разный: могу быть и веселым, и серьезным. Все зависит от настроения, ситуации и людей рядом.
— Ваши дочери Эстелла и Элина — часто ли вы видитесь? По каким правилам вы их воспитываете? С чем они планируют связать свою жизнь, чем увлекаются?
— Мы стараемся проводить вместе как можно больше времени. Для меня это очень важно — быть включенным в их жизнь, поддерживать, разговаривать, просто быть рядом. В воспитании у меня нет каких-то жестких правил. Главное, чтобы были уважение, честность и доверие. Мне важно, чтобы они росли свободными, уверенными в себе и понимали, чего хотят. У них сейчас много интересов — они пробуют разное, и это нормально. Я не навязываю им выбор, хочу, чтобы они сами нашли свой путь. Главное — чтобы им это приносило радость.